object1311732607

ten20x1000

"Отражая вселенную в себе..."

vselennaya

В истории космонавтики, космогонии, ракетной техники фундаментальные открытия представителя карачаево-балкарского народа Тимура Магомедовича Энеева — одни из ключевых. Но из-за специфики своих научных работ и исследований он дольше всех ученых этой сферы был засекреченным, оставался в тени...

«ИМЯ УЧЕНОГО переходит из летописи науки в историю человечества лишь при обстоятельствах чрезвычайных, когда решается новая задача, вставшая перед человечеством», — писал близкий друг Тимура Магомедовича Энеева, ученый и мыслитель, академик РАН Б. Раушенбах.
Тимур Магомедович Энеев же всю жизнь, начиная с первой научной работы, опубликованной, когда ему был 21 год, решает задачи, действительно имеющие первостепенную важность для судеб человечества.

Два факта
В 2001 году президент РАН Николай Осипов и министр РФ Сергей Шойгу в докладной записке Президенту РФ Владимиру Путину, акцентируя внимание на астероидно-кометной опасности, грозящей планете, пишут: «Космические тела приводят к глобальным катастрофам, негативные последствия которых могут стать необратимыми и роковыми для существования цивилизации на Земле. Для своевременного обнаружения и сопровождения опасных небесных тел среднего и малого класса необходимо вести непрерывные наблюдения космического пространства».
Одним из вариантов системы наблюдений может стать постоянное космическое патрулирование, существенные предложения о котором были сформулированы на заседании рабочей группы РАН «Риск и безопасность» в докладе академика Т. М. Энеева. И если в работах об астероидной опасности и методах ее предотвращения речь идет о физическом спасении землян, то ответ Энеева на «Письмо десяти», опубликованное академиками, обеспокоенными так называемой «клерикализацией» российского общества, полон недоумения столь неверной, узкой и тусклой идеологизированной позицией своих коллег: «Сама по себе жизнь, устроенная на чисто рациональных основах, является очень неустойчивым образованием... Нацию, народ поддерживает некая духовная основа. Как только она разрушается, начинает разрушаться и все остальное, все остальные гражданские институты». Речь в статье, по сути, идет о необходимости высокой духовности, без которой и без астероидов Земля превратится в пустыню.


Это только два факта, но и они приоткрывают масштаб личности Энеева.
В истории космонавтики, космогонии, ракетной техники открытия Энеева — одни из ключевых. Даже волны шумной гласности не смогли смыть покров тайны с его имени, которое продолжало оставаться малоизвестным. Объективным фактором этого была специфика его научных работ, ведущихся исследований. Он дольше других ученых этой сферы оставался засекреченным.
Тот факт, что Энеев является автором и одним из соавторов новой модели образования Солнечной системы, нового и уникального проекта «Фобос-грунт», новой методики в молекулярной биологии, связанной с задачами моделирования структуры биологических молекул, нового решения проблем астероидной опасности и многого другого, известен только узкому кругу специалистов. И это, наверное, естественно. Это сфера сложнейшей теоретической науки. Однако Энеевым сделано много открытий в более доступных областях науки: он — один из ведущих ученых, подготовивших и запустивших первые искусственные спутники Земли, он впервые решил проблему безопасного возвращения космонавтов на Землю, рассчитал траектории выведения ракет к Луне и спутников на околоземные орбиты.... Но, опять же, об этих открытиях знает все тот же узкий круг. То есть имя автора базовых, значимых для всего человечества открытий и достижений в области космонавтики и космогонии, общественности абсолютно неизвестно. Это уже можно объяснить субъективным фактором.
Думается, одна из причин столь продолжительной, особой «засекреченности» помимо других нюансов скрыта также в характере Тимура Магомедовича, в его последовательном и неуклонном исключении из своей жизни любой формы публичности, в абсолютном равнодушии к славе. Когда я коснулась этой темы, заметив, что, наверное, славу даже в этой сфере надо изредка приглашать к себе, подзывать каким-то жестом, он решительно отрицает: «Вот уж где суета сует и ловля ветра», — и улыбается в ответ.

«Он никогда вам не скажет, что это он первым...», — постоянно подчеркивали коллеги Тимура Магомедовича. С любовью, гордостью они показали мне один из красочных оригинальных мини-альбомов, подготовленных в честь дня рождения Энеева сотрудниками отдела Института прикладной математики им. Келдыша (один из этих сотрудников прекрасно рисует). Наряду с другими там есть рисунок, где Ньютон, Циолковский, Королев приглашают Тимура Магомедовича встать рядом с ними, а он отмахивается. «Это эпиграф к его действительному масштабу, а масштаб его исключительной скромности отразить возможности нет», — комментировали они.
Тимур Магомедович Энеев родился в 1924 году в городе Грозном, куда из Нальчика был командирован его отец Магомед Алиевич. Судьба отца была трагична: в 1928 году, находясь уже в Ростове в должности заместителя председателя и ответственного секретаря Северо-Кавказского краевого национального Совета, он покончил с собой. Причиной тому были начавшиеся в стране террор и насилие.
Романтик, интеллектуал, он во всей полноте осознал необратимость происходящих превращений великих идей революции в диктатуру хамства, осознал последствия этих метаморфоз для балкарского народа, во имя достойного и независимого будущего которого он и пришел в революцию. Оставив записку, он выстрелил в себя — страдания были несовместимы с жизнью. Его супруге Евгении Петровне Энеевой, сильной, умной женщине, каким-то чудом удается вывезти маленького Тимура и его сестру Лейлю в Москву.
В столице Тимур оканчивает школу и поступает на механико-математический факультет МГУ. Юноша, с детства одержимый космосом, твердо знает, чем он будет заниматься в будущем и почему идет на этот факультет.
Первая серьезная научная работа Энеева была выполнена, когда он был студентом 3-го курса. Работа была опубликована в закрытом журнале комитета № 2 при Совете Министров СССР, комитета, который занимался ракетной техникой.
В 1948 году Энеев окончил университет и поступил в аспирантуру НИИ Механики МГУ. После успешного окончания аспирантуры устроился на работу в Математический институт АН СССР им. В. А. Стеклова, в отдел прикладной математики, руководимый Мстиславом Всеволодовичем Келдышем. Позднее он был переименован в Институт прикладной математики АН СССР им. М. В. Келдыша. Энеев работает в этом институте по сей день в должности заведующего сектором в отделе № 5.
В статье «Особая точка отсчета» (Еженедельная газета научного сообщества, № 8, 2007 г.) приводится один факт: «К концу одной из конференций в 1948 году приезжает Королев. Приезжает, чтобы послушать доклад Энеева. Узнав, что тот уже выступил, сокрушается, что опоздал. Они знакомятся». Королев в 1948-м был уже широко известен. За его плечами — книга «Ракетный полет в стратосферу», руководство конструкторским бюро, годы в заключении, возвращенное имя и невероятный цейтнот. Если у него возник интерес к вчерашнему студенту Энееву, логично было бы пригласить его к себе. Я осмелюсь предположить, что Королев хотел увидеть Энеева со стороны, послушать, угадать, чем,кроме дерзкого, мощного таланта, обладает этот молодой человек. Увидел его одержимость, непосредственность, внутреннюю независимость, открытость и, наверное, улыбнулся.
Гете в «Фаусте» говорит: «Ты равен тому, кого понимаешь». Наверное, это не правило, но если речь идет о людях великих — да. Королев сразу приглашает Энеева в свое конструкторское бюро. Позже он — оппонент Тимура Магомедовича при защите докторской диссертации. Оценка: «В работе Энеева шесть докторских. Это то, что успел сосчитать. Но их больше».
После той первой встречи они были всегда рядом.
И дружба мужская была скреплена теснейшим контактом между отделом механики, которым руководил Келдыш, и отделом баллистики КБ Королева.
В беседе Тимур Магомедович как-то упомянул один эпизод: «Перед полетом Гагарина Мстислав Всеволодович Келдыш вызывает Охоцимского, меня и говорит:
— Королев просил вас приехать и посмотреть полетное задание.
— Что-то случилось? Нас ведь не предупредили — значит там все в порядке.
— Я не знаю. Но Сергей Павлович очень просил.
Приезжаем несколько смущенные. Дело в том, что сами по себе баллистические задачи полета Гагарина для нас, баллистиков, довольно просты.
У нас были более тонкие и несопоставимо сложные задачи. А здесь все определенно, установлено и в нас необходимости нет. Спрашиваем у ребят.
— Королев в сильном волнении. Очень уж ответственное задание для него и дорогое. Ему просто спокойнее, если вы будете рядом».
Тимур Магомедович вспоминает этот случай как иллюстрацию уровня взаимосвязанности, содружества, братства между коллективами, руководимыми Королевым и Келдышем. Но этот эпизод также раскрывает степень личного доверия к Энееву и существующую между Королевым и им связь.

Эпизод другой. «Два часа ночи. Звонок. Голос Королева:
— Тимур, у нас падает давление в ракете. Что делать?
— Как я могу это сейчас сказать?
— Можешь. Ты же Энеев. Ты же математик».
Такой авторитет, такое доверие! «В различных критических ситуациях все были уверены: он может решить все, может помочь», — вспоминал коллега Энеева Г. Б. Ефимов.
Первое знакомство с Келдышем состоялось еще в студенческие годы. Одну из его ранних работ послали на рецензию Келдышу. Академик изумился — в ней были столь новые, фундаментальные и неожиданные идеи, что, дав высокую оценку работе, он рекомендовал ее к немедленной публикации. И потом одним из первых пригласил Энеева во вновь образованный отдел прикладной математики института, который он возглавил. И до конца жизни Келдыша Энеев, по словам коллег, оставался его любимым учеником, которому он верил, которого оберегал, с которым соглашался по многим вопросам. По личной просьбе М. В. Келдыша ответственным редактором его «Избранных трудов» стал Энеев, что отражает степень понимания и родства душ этих людей. В те годы только Тимур Магомедович мог редактировать Келдыша, оставаясь на высоте большой науки и при необходимости полемизируя с автором. В книге имеются многочисленные работы, написанные ими в соавторстве. Это и «Исследования по динамике полета на Марс и Венеру», «Определение траекторий полета аппарата «Марс-1», «О точности прогнозирования движения АМС» и т. д. В данном случае — соавторство равных. Без совместно вложенных усилий, идей, решений использовать фамилию «Энеев» было бы невозможно. Категорически исключается использование имени рядом с ученым, в таланте, в научной и человеческой порядочности которого не уверен.
Демидовская премия, присужденная ему в 2006 году за вклад в разработку основ теоретической и прикладной космонавтики, по признанию самого Тимура Магомедовича, который равнодушен ко всем видам почестей, — дорогая награда. На сегодняшний день в России это самая престижная премия в области фундаментальной науки. Ее ценность не только в том, что решение о присуждении премии выносят коллеги — ученые, способные компетентно и объективно оценить научные заслуги. Особенность и значимость этой премии — в одновременном признании у лауреата личностных качеств, совпадения научного дарования с человеческим даром. Коллеги, обосновывая заслуги Энеева, подготавливая официальные справки, досье и другие бюрократические документы, подчеркивая его заслуги в науке, всячески выражали свое глубокое почтение и восхищение его человеческими качествами. Констатируя его выдающийся вклад в прикладную математику и механику, включая небесную механику и космонавтику, Демидовская премия отражала уровень личностного авторитета Энеева у научного сообщества.
Здесь уместно дать отрывки из бесед с коллегами Тимура Магомедовича.
Член-корреспондент Российской академии наук, профессор, трижды лауреат Государственной и Ленинской премий Ефраим Лазаревич Аким — один из крупнейших ученых в области космической баллистики, навигации космических аппаратов и планетологии — во время нашей встречи говорил:
— Я один из учеников Тимура Магомедовича. Был его аспирантом, и в моей научной судьбе этот период — самый важный и счастливый. Еще будучи студентами, мы на нашем факультете знали, что Энеев — великий ученый. Его имя с самого начала, с тех пор, когда он учился в университете, окружала аура исключительности. При знакомстве я был удивлен. Время громкое, люди громкие, еще молодость — пафос, нетерпение. У него же рядом — тишина. И она действовала сильнее всех громкоговорителей. Я и сегодня сожалею, что он не занимался преподавательской деятельностью, да и такой возможности у него не было. Но он — редкий учитель. Рядом с ним и «посредственность», если уж по каким-то обстоятельствам оказывалась рядом, пыталась перекроиться. Если не получалось — уходил.
«Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь» — это о нем. Не потому, что обязана, она иначе не может, она такой родилась. Всегда у него живая мысль, и она, действительно, сильнее всего и красивее всего.
Дос тижения нашей страны и нашей науки в области исследования космического пространства и создания средств ракетно-космической техники напрямую и навсегда связаны с именем Тимура Магомедовича Энеева. Заслуги выдающиеся, редкие, огромные, планетарные по масштабам и результатам. Он — великий ученый и светлый, замечательный человек.
Георгий Константинович Гречко, дважды Герой Советского Союза, кавалер трех орденов Ленина, специалист в области исследований атмосферы Земли космическими методами, доктор физико-математических наук, действительный член Международной академии астронавтики, был эмоционален, восхищения своего не скрывал: «Институт прикладной математики имени Келдыша — уникальный институт. Там работали и работают замечательные люди. Среди них были выдающиеся ученые, Тимур Магомедович же был гений. Это вовсе не преувеличение. Он отличался от других своей необычностью, гениальной необычностью. Например, нам, космонавтам, экстренно надо решить какую-то важную задачу. К ее решению подключаются все. Но, как правило, все идут стандартным путем. Тимур Магомедович же подходил с совершенно неожиданной, и, казалось, невозможной стороны, применял неожиданную математику и первый получал очень ценные и верные результаты.
Навсегда останется в космонавтике его открытие под названием «звездочка». Когда мы начали летать к Луне, то иногда с космодрома Байконур можно было запускать ракету, а иногда нет. Kогда запуск уже подготовлен, оказывалось, что он возможен только при маленьком весе, который не мог нас устроить. Были очень серьезные проблемы. Тимур Магомедович сказал: прямо с космодрома на Луну запускать спутник нельзя. Надо сначала вывести его на круговую орбиту вокруг Земли, а потом с этой орбиты направить к Луне. Что значит сказал — он все подсчитал, он разглядел решение. Это сейчас ясно, что иначе ведь невозможно, что это единственное верное и простое решение. А тогда это в голову не пришло никому, кроме Энеева.
В этом прекрасном институте математикам известна фраза «Тимур-эффект». Только что Тимур был здесь, участвовал в обсуждении какой-то задачи — и вдруг его нет. Нигде нет. Исчез в одну минуту. Потом появляется — и у него новое решение. Гениальное по внезапности, точности и ясности. Мы сидим и изумляемся: как мы не догадались сами? Еще, что меня в нем изумляет, — масштаб его интересов, которые с годами только расширялись. Скажем, вот я — баллистик. Всю жизнь считал траектории полета к Луне, Марсу, Венере. Всю жизнь, пока не ушел на пенсию. Не так стандартно, как я, но и он занимался этим. Ему этого было мало. И он погружается в самые глубинные вопросы человечества: как образовалась наша Солнечная система? Почему именно такие планеты? Почему на таких орбитах? Почему такие по величине и почему именно такие спутники?
Существуют разные теории и гипотезы о возникновении Солнечной системы. Тимур Магомедович выбирает среди них наиболее ему близкое — кривое облако. И начинает задавать различные скорости его частицам, массе, моделировать процессы, которые шли многие миллиарды лет. Наконец находит какое-то облако, которое демонстрирует, при каких начальных условиях могла возникнуть наша Солнечная система и какая она есть, с такими орбитами и такими планетами.
Другой интересный вопрос, который захватывает Тиму- ра Магомедовича, — происхождение человека. Он рассматривает теорию Дарвина, просчитывает и соглашается: да, человек мог возникнуть на Земле путем естественного отбора. Но Земля существует четыре миллиарда лет, а чтобы перебором вариантов природа сотворила человека, необходимо неизмеримо больше времени. Если человек действительно возник благодаря естественному отбору, ему, чтобы выкристаллизоваться из животного мира, потребовалось гораздо больше времени, чем вообще существует наша Солнечная система. А это невозможно. Следовательно, было какое-то вмешательство, ускорившее создание человека. Называйте это как хотите — Бог, пришельцы, судьба, но Тимур Магомедович расчетами доказал, что без вмешательства какой-то могучей внешней силы, посредством простой дарвиновской эволюции человек произойти не мог.
Мы, технари, всегда изумлялись: нам срочно требуется, например, методика, математическое решение, и мы думаем, что поставленную задачу он долго будет считать и решать, а она готова. Всегда вовремя, всегда оперативно. Тимур Магомедович был и остается выдающимся математиком, человеком с мощным интеллектом, наиболее оригинальным мышлением в этом прекрасном институте. И должен сказать, что человечество всегда будет благодарно Балкарии за такого ее сына».
В. В Сазонов, заместитель главного редактора журнала «Космические исследования», доктор физико-математических наук, был лаконичен: «Огромное везение, большое испытание и еще большая радость работать с таким человеком как Тимур Магомедович. Tо, что многие годы главным редактором нашего журнала являлся именно он, — высокая честь для всех сотрудников журнала, авторов и читателей.
В нашей стране ученых по баллистике и математике такого масштаба, как он, всего несколько человек. По признанию специалистов, первый среди них — Энеев. О крайней ответственности, научной честности Тимура Магомедовича знают все, поэтому случайный, околонаучный материал в нашем журнале невозможен — их к нам практически не присылают.
Человеческий и научный авторитет его столь огромен, что я не сумею передать то уважение, ту любовь, ту гордость, которую он вызывает у своих коллег.

 О бескорыстии и скромности Тимура Магомедовича Энеева ходят легенды. Так, он никогда не скажет вам, что первый доклад об искусственном спутнике Земли, где были приведены все расчеты, проведенные им, написали он и Тихонравов. Доклад прошел под подписью Келдыша и Тихонравова. В этом ничего нет странного: наверное, столь революционный и в то же время несколько фантастический и жизненно важный для всей страны, да и всего человечества, проект подписать нужно было человеку, более известному, более знаковому. Вопросов нет, но ради справедливости подчеркну: считается, что Келдыш — теоретик космонавтики. На мой взгляд, и на самом деле, с не меньшим правом им может считаться Т. М. Энеев».
М. Я. Маров, академик РАН, лауреат Ленинской и Государственной премий, сразу признался, что говорить об Энееве ему радостно и волнительно: «Научный гений Энеева отражен во многих его открытиях, но я хотел сейчас сказать о другом. Для меня Тимур Магомедович — пример и образец абсолютно бескомпромиссного человека, мужественного в отстаивании научной истины, достоинства науки, справедливости. Я его наблюдал в самых разных ситуациях, и всегда он оставался самим собой, следовал только за голосом своей совести. Убежден, что его честность, принципиальность не раз способствовали сохранению авторитета нашей академии. Так, в 1970-е годы Энеев внес значительный вклад в борьбу против проекта поворота течения северных рек на юг, плана, грозившего, по мнению многих ученых, весьма серьезными экологическими последствиями. Он также участвовал в общественной кампании против загрязнения озера Байкал. С начала
90-х годов Энеев включился в общественное движение в поддержку духовного возрождения общества».
Георгий Борисович Ефимов, коллега Тимура Магомедовича, рассказывал: «Охоцимский — крупный ученый, он — автор фундаментальных трудов в области динамики космического полета и т. д. Но как личность — полная противоположность Энееву. Очень властный, закрытый был человек, и понять настоящую мужскую дружбу между ними было сложно, но она была.
В Академии наук существуют очень сложные взаимоотношения. Конечно, нелепость, что такого выдающегося ученого как Охоцимский, более 20 лет не выбирали академиком, просто не выбирали и все. Тимур Магомедович забрал свои документы и отказался участвовать в выборах, прямо заявив, что пока Охоцимский не станет академиком, он тоже не желает получать это звание. Только после того, как Дмитрий Евгеньевич был утвержден, Энеев согласился выдвинуть свою кандидатуру. Его тут же единогласно выбрали, потому что даже в такой непредсказуемой структуре, как наша академия, все понимают, что Энеев — особое явление. При его равнодушии ко всяким званиям и титулам, кажется, в этом факте ничего особенного нет. Для него — безусловно, но мне думается, что в истории советской науки это исключительный случай проявления собственной позиции в такой форме.
Защита его кандидатской диссертации была закрытой. Я так хорошо помню этот 1951 год, как бежал мне навстречу с третьего этажа старого здания университета Тимур Магомедович, счастливый и молодой. Кстати, его диссертация была посвящена исследованию оптимальных траекторий крылатых ракет. Эта работа через несколько лет оказала огромное влияние на создание ракет дальнего действия «Буря» и «Буран». Хочу подчеркнуть: у Энеева все идеи — фундаментальные. А они, как известно, таят в себе многие сопутствующие «эффекты», инициируют как появление новых направлений исследовательской работы, так и поиск возможностей их прикладного и технико-технологического использования. В космонавтике Энеев сделал целый ряд пионерских открытий. Сегодня они превратились в отдельные науки, целые направления.
У нас такой институт, что здесь собралось много замечательных, больших ученых. Тимур Магомедович — статья особая. Во всем. Понятно, что и здесь сталкиваются характеры, разные и сложные. Но его любят все.
Одно воспоминание из молодости: я иду по университету, навстречу — Тимур Магомедович и знаменитый академик Седов. О чем-то оживленно беседуют, и, проходя, слышу, как Тимур Магомедович, тогда студент, говорит академику:
— Этот вопрос надо и можно решить. Только нужна «мирность». (В университете тогда шли очень громкие научные баталии между учеными)
«Мирность» же у Энеева — слышать другого, уметь услышать. Он и сегодня изумляется, если встречает того, кто этого не умеет. Столько глухих было на его пути, а он всегда, как ребенок, удивляется. При этом, когда речь о деле, то он — «рыцарь без страха и упрека», вот где проявляется Балкария, Кавказ, но обнаруживает это, когда речь идет о крупном, принципиально важном. А все, что на поверхности, что пусто, мелко, он как-то вообще не замечает. Такая деталь: тема исследования, его объем, структура таковы, что очень часто в нашей области соавторство естественно и неизбежно. С его щепетильностью и честностью он имеет дело действительно с настоящими учеными. Публикуется работа — фамилия «Энеев» стоит последней, хотя всем ясно, что она должна стоять первой. Я возмущаюсь, он улыбается: «По алфавиту». И с удивлением: «Это имеет какое-то значение?»
Собственно, весь маршрут Энеева в науке, главные эпизоды его духовной биографии отражены в поздравительной открытке его коллег, которую имеет смысл привести без сокращений:
«Дорогой Тимур Магомедович!
Дирекция, Ученый Совет и весь Институт прикладной математики им. М. В. Келдыша РАН сердечно поздравляют Вас со славным
80-летним юбилеем.
Вся Ваша научная деятельность неразрывно связана с нашим институтом: Вы стояли у его истоков и более полувека, со дня основания института, работаете в нем. Вы один из тех, чья деятельность определила лицо нашего, основанного незабвенным Мстиславом Всеволодовичем Келдышем, всемирно известного Института прикладной математики.
Научной работой в области динамики ракет и космонавтики Вы начали заниматься еще во время учебы на механико-математическом факультете МГУ.
Объем Ваших исследований, предложенных Вами постановок и решений новых и важных проблем труднообозрим. Отметим некоторые ключевые результаты Вашей деятельности: постановка и оригинальный метод решения задач оптимального выведения ракет на траекторию; приоритетные исследования по теории орбит искусственных спутников Земли и методу расчета этих орбит. Эти исследования были опубликованы в знаменитом номере журнала «Успехи физических наук» за 1957 г., вышедшем до пуска первого искусственного спутника Земли. Этот номер журнала просигнализировал всему миру о готовности Советского Союза к пускам искусственных небесных тел, что и было реализовано впервые в мире в октябре 1957 г.
Отметим, кстати, что Вы, дорогой Тимур Магомедович, приняли непосредственное участие в историческом пуске первого советского искусственного спутника Земли.

Вы были первым, кто предложил способ неуправляемого «баллистического спуска» на Землю пилотируемых космических аппаратов. Проведенные Вами и Вашими сотрудниками расчеты показали, что такой спуск возможен и желателен! Что и было использовано в советских пилотируемых космических аппаратах, начиная с полета Ю. А. Гагарина.
Вам принадлежат приоритетные постановки и исследования проблемы определения параметров траекторий и орбит космических аппаратов по данным измерений. Вы предложили успешно реализуемый на практике способ выведения космических аппаратов на траектории полетов к Луне и планетам с предварительным выведением на орбиту искусственного спутника Земли.
Для расчета полетов космических аппаратов с двигателями малой тяги Вы предложили «метод транспортирующих траекторий», удобный для быстрого и достаточно точного вычисления баллистических и энергетических характеристик таких полетов.
Вы внесли существенный вклад в разработку теории автономной навигации.
В последние годы Вы успешно исследуете проблему астероидной опасности и методов борьбы с нею. Вы проводите исследования проблемы полетов к малым телам Солнечной системы, в том числе с использованием двигателей малой тяги. Вам принадлежит разработка эскизного проекта доставки на Землю реликтового вещества — образцов грунта малого небесного тела (проект «Фобос-грунт»).
Вы и Ваши сотрудники выполнили оригинальные исследования по проблемам космогонии. В проблеме эволюции галактик получили удивительно красивые результаты.
Вами разработана новая модель образования Солнечной системы, учитывающая нелинейные взаимодействия, объясняющая многие явления на основании общих предпосылок и единого процесса, непревзойденная по числу взаимодействующих частиц.
Отдельную и важную область Вашей и Ваших сотрудников научной деятельности являют собой новые методы расчета больших систем и процессов. Использование этих методов в молекулярной биологии позволило получить яркие результаты в проблеме структуризации молекул РНК.

Вы являетесь руководителем научной школы «Механика и управление движением космических аппаратов. Функционирование и эволюция сложных природных и технических систем», объединяющей несколько десятков сотрудников ИПМ им. М. В. Келдыша, студентов и аспирантов МФТИ, МГУ, ИПМ.
Нельзя не отметить и Вашу плодотворную и четкую по гражданской позиции общественную деятельность. Всем помнится Ваша энергичная борьба против проекта поворота северных рек. Много сил Вы отдаете также деятельности на посту главного редактора журнала «Космические исследования».
Дорогой Тимур Магомедович! Мы счастливы работать вместе с Вами. Мы ценим Ваш всегда принципиальный подход как к научным, так и к общественным проблемам. Мы поражаемся Вашей эрудиции как в научно-естественных, так и гуманитарных проблемах.
Родина высоко оценила подвиг Вашей жизни. Вы являетесь академиком Российской академии наук. Вам присуждена Ленинская премия, и Вы награждены многими правительственными наградами.
Российская академия наук наградила Вас Золотой медалью имени Цандера. Решением Международного Астрономического Союза малой планете Солнечной системы присвоено имя Eneev».
К наградам, не полученным Тимуром Магомедовичем, можно отнести Нобелевскую премию. После запуска искусственного спутника Земли к нашему правительству обратился Нобелевский комитет с просьбой назвать фамилии ученых, принимавших участие в его создании, для представления их к награде. Хрущев ответил, что спутник этот создавал весь советский народ, и не назвал ни одного имени.
«Таков был уровень засекреченности, что отказались от Нобелевской премии, и такие были времена...», — пишет академик РАН Б. Чертков. Именно Энеев занимался тогда задачей управления ориентацией многоступенчатой ракеты; результаты ее решения были впоследствии использованы при запуске первого искусственного спутника Земли. Была также решена задача эволюции орбиты спутника, движущегося в верхних слоях атмосферы, без которых запуск спутника был бы невозможен.
О роли Тимура Магомедовича в создании первого спутника свидетельствует официальная справка, которая опубликована в еженедельной газете научного сообщества «Поиск» (№ 8, 2007 г.):
«В 1951 году Т. М. Энеев рассмотрел общую задачу о выборе оптимального управления ориентаций оси составной ракеты. Результаты ее решения впоследствии легли в основу расчетов по выбору программного управления при выведении искусственного спутника Земли (ИСЗ) на орбиту. Вместе с коллегами он рассмотрел также задачу об эволюции орбиты ИСЗ, движущегося в верхних слоях атмосферы. Энеевым впервые была создана простая и надежная методика оценки времени существования ИСЗ, требовавшая минимума вычислительной работы при анализе большого числа орбит». И все — впервые, и быть бы Тимуру Магомедовичу Нобелевским лауреатом, если бы не такой уровень засекреченности, не такие времена и не такая система.
Полет Гагарина, также по единодушному признанию коллег, стал возможен только после появления работы Энеева о спуске спутника с торможением в атмосфере. В первую очередь он рассказал о ее результатах Келдышу, который сначала был настроен скептически: «Торможение в атмосфере капсулы с человеком?! Это опасно. Слишком высоки будут перегрузки и весьма проблематична защита аппарата от перегрева. Для человеческого организма температуры могут оказаться слишком высокими. Возможно, этот спуск будет использоиспользован для доставки на Землю научных результатов в специальной кассете».
Келдыш был склонен искать решение проблемы спуска человека в создании крылатого спускаемого аппарата. Тем не менее, Энеев доказывал, что для рассчитанных температур на базе имевшихся в то время материалов возможно сделать достаточно эффективную теплоизоляцию корпуса, защищающую человеческий организм от перегрева. Посоветовавшись с медиками, он пришел к выводу, что и перегрузки окажутся вполне переносимыми для человека. На сайте Академии наук России в информации о деятельности Энеева подчеркнуто:
«Т. М. Энеев предложил использовать баллистический спуск космического аппарата с орбиты искусственного спутника на Землю для безопасного возвращения космонавта из орбитального полета. Благодаря применению этого метода, космический полет Юрия Гагарина завершился успешным приземлением. Было показано, что максимальная перегрузка при таком спуске не превосходит десятикратной величины, причем перегрузки выше пятикратной длятся не более одной минуты. Были проведены, тоже впервые, оценки нагрева корпуса спускаемого аппарата за счет теплопередачи от газа к стенке в турбулентном пограничном слое высокоскоростного потока воздуха, обтекающего аппарат».
Там же сообщается, что благодаря методике Энеева, исследующей рассеивание точек приземления спускаемого аппарата на местности, был проведен анализ точности приземления автоматических аппаратов и аппаратов с космонавтом в заданном районе. Предложенный вариант был столь точен, что и сегодня при запуске и приземлении космических аппаратов и космонавтов используется именно этот метод. Безопасность и безошибочность методики подтверждена на всех ступенях освоения космического пространства.

Интерес Тимура Магомедовича к молекулярной биологии закономерен. Эта наука изучает основные свойства и проявления жизни на молекулярном уровне. Ее важнейшие направления — исследование структурнофункциональной организации генетического аппарата клеток и механизма реализации наследственной информации, то есть проблемы строения живого, которые исследовались им многие годы. Не только потому, что ее темы и задачи ставят перед учеными крайне сложные вопросы и от их решения зависит многое в будущем человечества. Создавая модели происхождения Солнечной системы и модели звездных систем, он всегда решал загадку возникновения жизни на Земле. Гипотеза о том, что наш организм — живой реликт, в законсервированном виде хранящий в себе историю нашей планеты, как и гипотеза о том, что жизнь — явление космическое, поскольку жизнь существует на космическом теле — планете Земля, им принимается. А эта информация заложена в ДНК. Она же содержит около 1 миллиарда пар оснований с длиной около 1 м. Если составить цепочку из ДНК всех клеток одного человека, то она сможет протянуться через всю Солнечную систему.
Английский биохимик Дж. Кендрью попытался в такой аналогии выразить размер молекулы нуклеиновой кислоты, то есть ДНК, и ее значение: «Представьте себе, что мы увеличили человека до размеров Великобритании. Тогда одна его клетка будет примерно такой же величины, как фабричное здание. Внутри клеток находятся большие молекулы, содержащие тысячи атомов, в том числе молекулы, содержащие ДНК. Так вот, даже при таком огромном увеличении, которое мы себе вообразили, молекулы нуклеиновой кислоты будут тоньше электрических проводов» (Дж. Кендрью. Нить жизни.—М., 1968, с. 19). И вся невероятная сложность выявления, структуризации этой молекулы — «нити жизни» — в какой-то мере отражена в приведенном сравнении, и эту нить Тимур Магомедович исследует во многих своих работах. Еще в 70-е годы Энеев начал исследовать формирование крупномасштабных структур во Вселенной путем прямого компьютерного моделирования движения больших групп частиц. Было показано, что при пролете массивного тела мимо дисковидного облака частиц образуются спиралевидные структуры, типичные для многих галактик. В развитие идей О. Ю. Шмидта, Энеев изучал процесс образования планет Солнечной системы как эволюцию облака частиц, обращающихся вокруг гравитирующего центра и способных слипаться. При помощи этой модели, простой в своих основных предпосылках, оказалось возможным воспроизвести не только соотношение между массами и радиусами обращения планет Солнечной системы, но и направления вращения планет вокруг собственной оси. И научные интересы, открытия, проблемы, разрешаемые и возникающие в работах Энеева, столь многогранны, что объять их очень сложно.
Философ Бердяев предположил, что постановка дерзкой задачи познать Вселенную возможна лишь для того, кто сам есть вселенная. Личность Тимура Магомедовича подтверждает эти слова, и, признаюсь, что меня больше волновали и интересовали истоки духовной родословной «этой вселенной». Больше изумляло совпадение его человеческой сущности с его научным гением. Приближаясь к своему 90-летию, Тимур Магомедович и сегодня удивляет силой ума, тягой к творчеству, и хочется верить, что небо, которое он так любит, так полно понимает, будет и дальше оберегать его.

Рая Кучмезова
By Raya Kuchmezova

Сотрудничество

Международный журнал культурной и деловой жизни "Золотая площадь" пргиглашает к сотрудничеству компании и частных лиц. Вы можете размещать рекламу на страницах печатного издания и в электронной версии журнала в виде рекламных материалов, баннеров, видеороликов, по лучшим ценам и на лучших условиях.

Читать...

О нас

«Золотая площадь». Международный журнал культурной и деловой жизни.
The Golden Plaza. International Magazine of Culture and Business.
Свидетельство о регистрации средств массовой информации:
Москва, Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), Эл № ФС77-49585 от 24 апреля 2012 г.
Учредитель: Индивидуальный предприниматель Эркенов Рашид Адамович.
Главный редактор журнала «Золотая площадь» Аппаев Билял Добаевич.
Издатель: индивидуальный предприниматель Эркенов Рашид Адамович. Адрес издателя: 369380, КЧР, Малокарачаевский район, с. Учкекен, ул. Ленина, 89а.

Контакты

filePxZu

Адрес редакции:
Россия, 369380, КЧР
Малокарачаевский район
с. Учкекен, ул. Ленина, 89а.
email: info@goldenplazamagazine.ru
Тел. 8 87877 2-55 37