object1311732607

ten20x1000

В поисках правды 70 лет

histor78554

Карачай — это живописный уголок России, расположенный у подножия горы Эльбрус, самой высокой вершины европейского континента. Эту горную местность населяют, в основном, карачаевцы. Об этом народе издавна говорят: народ свободолюбивый, храбрый, трудолюбивый. Карачаевцы, коренные жители Кавказа, являются титульным народом Карачаево-Черкесской Республики в составе Российской Федерации. Много карачаевцев проживает и за пределами республики: в других городах и регионах страны, а также за рубежом — в Турции, Сирии, Иордании, США, куда они эмигрировали в период Кавказской войны или в более позднее время. По мнению многих ученых, основным ядром населения Кавказа, проживающего здесь с древнейших времен, являются карачаевцы и балкарцы, родственные карачаевцам племена.
ПРЕДИСЛОВИЕ

Карачаево-балкарский народ сформирован в конце раннего средневековья, и долгое время западную ветвь карачаево-балкарской народности (карачаевскую) источники называли аланами, а восточную (балкарскую) называли асами. Аланией назван Къарачай и на карте итальянского автора XVII века А. Ламберти. Мегрелы (Грузия) до сих пор называют карачаевцев аланами. Колыбелью же карачаевского народа считается селение Архыз, где находятся развалины Старого жилища — карачаевского селения, датируемого XI — XIII веками. В период нашествия татаро-монгол, особенно после похода Тамерлана (XIII век), карачаевцы и балкарцы были оттеснены в горные районы (где жили изолированно несколько веков), частично истреблены. Несмотря на это, народы выжили, сохранили свой этнос. (Р. Тебуев, «Народ свободный, храбрый, трудолюбивый», стр. 236-237).

Также в XIV веке в результате разорительного нашествия татаро-монгол и Тамерлана исчезли с лица земли древнейшие селения Карачая — Архыз (Старое жилище), Гиляч, Джамагъат и другие.

После разгрома Тамерланом Аланского государства, несмотря на тяжелые испытания, народ Карачая вновь собрался у своей колыбели, возродился из пепла под руководством легендарного Къарчи, объединившего карачаевцев и создавшего государство «Бирсил Къарачай».

Много ученых и путешественников побывало у подножий Эльбруса. Они писали о карачаевцах и балкарцах и при этом называли их аланами и асами. До наших дней за территорией Карачая закреплено название Аланы (Арабский географ XIV века Абульфеда).

Отмечая гостеприимство и огромное трудолюбие здешнего народа (иначе в горах не выжить), Лев Толстой писал о карачаевцах, живущих у подножия Эльбруса, как о народе, отличающемся своей верностью, красотой и храбростью.

Вплоть до первой трети XIX века Къарачай являлся независимым этнополитическим образованием. И лишь в период Кавказской войны, после присоединения Кабарды Российская империя (в лице генерала А. Ермолова) обратила свой взор в сторону соседнего с Кабардой Карачая. 20 октября 1828 года произошло 12-часовое сражение, которое вошло в историю как Хасаукинское сражение. Карачаевский народ отчаянно отстаивал свою свободу, но силы были неравными, и битва была проиграна.

Как писал князь Галицын, Карачай был завоеван «при самом упорном сопротивлении гордых карачаевцев, дотоле никем еще непобежденных».

Генерал Еммануэль, отдав должное храбрости и героизму карачаевцев, тогда строго запретил разорять и грабить селения горцев. По этому поводу Потто писал: «С карачаевцами обошлись, как с воюющей, а не как усмиряемой стороной. Их аулы не были разорены. Во время стоянки у жителей Карт-Джурта установились дружеские отношения с солдатами». (Р. Тебуев, «Народ свободный, храбрый, трудолюбивый», стр. 50-51).

В связи с этими событиями было принято обращение карачаевских верхов в лице князя Ислама Крымшамхалова о принятии Карачая в подданство Российской империи. Так карачаевцы вошли в состав Российской империи и верно служат России на протяжении почти 200 лет.

ДЕПОРТАЦИЯ

В 1917 году в результате социалистической революции Российская империя развалилась, было образовано Советское государство. Тогда в 1926 году Карачай был провозглашен как автономная область, которая просуществовала до 12 октября 1943 года и была упразднена. А 2 ноября 1943 года (когда около 16 тысяч карачаевцев, а это каждый пятый, сражался на фронтах Великой Отечественной войны) карачаевский народ был депортирован в степи Средней Азии и Казахстана. В нечеловеческих условиях депортации погибло около трети населения карачаевского народа, в основном, женщины, старики и дети.

Сорок третий — год отпетый,

Год отсчета зла без счета.

Выстрел в спину, путь в чужбину,

Боль и горе, смерти море...!

Алла Чотчаева, «Депортация»

А между тем карачаевцы героически сражались на всех фронтах, в партизанских отрядах, проявляя образцы мужества и стойкости, даже в тылу, на трудовом фронте, находясь в депортации, три женщины-карачаевки стали Героями Социалистического Труда.

Всего из представителей карачаевского народа 11 человек удостоены высокого звания Героя Советского Союза и России.

В текущем 2013 году карачаевский народ отметил скорбную дату - 70-летие со дня депортации. Раны, нанесенные народу в результате чудовищной несправедливости, все еще не зажили. Главные причины депортации карачаевского народа, да и других народов Кавказа, хорошо освещены в материалах конференции Юга России «Права репрессированных народов в современном мире», проходившей 16 мая 2013 года в городе Черкесске Карачаево-Черкесской Республики и посвященной 70-летию депортации.

(Из доклада на конференции P. X. Хабова, руководителя Карачаево-Черкесской региональной общественной организации «Къарачай Алан Халкъ»).

К сожалению, определенная пассивность в деятельности общественных структур репрессированных народов обусловила одно глубокое заблуждение.

Многие склонны полагать, что проблема народов, связанная с депортацией, уже решена и стала лишь достоянием историков, уделом авторов учебных пособий и организаторов мемориальных мероприятий. Это мнение глубоко ошибочно.

В действительности же процесс реабилитации все еще не завершен, отсюда и повторяющиеся из года в год требования выполнить решения, принятые 20 лет назад, и известные попытки вынести эти вопросы на рассмотрение Гаагского суда.

Актуальной и многофакторной проблеме, связанной с депортацией народов страны в период сталинской диктатуры, посвящены тысячи публикаций, в том числе сотни книг. В целом они позволяют обозначить основные концептуальные положения, которые должны стать основой не только научных разработок, но и непременным условием объективности исторического сознания наших народов.

В первую очередь, касаясь не надуманных, а реальных мотивов депортации, хотелось бы обратить внимание на следующие моменты. С одной стороны, речь шла о масштабном эксперименте, направленном на ассимиляцию этнических групп в рамках главной цели сталинской национальной политики — создания "единой общности — советского народа". А с другой стороны, была определена и частная выгода от этого страшного опыта, конкретно же — расширение территории Грузии, откуда были родом автор идеи и главный проводник этого эксперимента. На конференции, посвященной репрессированным народам, проводившейся в г. Элисте в мае 1992 года, справедливо подчеркивалось, что «Сталин и Берия тайно мечтали о создании «Великой Иверии — от моря до моря». Это было наглядно подтверждено актами, которыми оформлялось распределение территорий, упраздненных после депортации народов.

Так, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 октября 1943 г. о депортации карачаевцев и ликвидации их автономии в состав Грузии передавался весь Учкуланский район и часть Микояновского района. Добавим, что центр Карачаевской автономии, город Микоян-Шахар, еще до войны на одной из секретных карт будущей Грузии был отмечен как город Клухори, т.е. именно так, как он стал именоваться после присоединения данной территории к Грузинской ССР.

По указу о депортации чеченцев и ингушей от 7 марта 1944 года в состав Грузинской ССР включались Итум-Калинский район, часть других 4-х районов.

Согласно указу о выселении балкарцев от 8 апреля 1944 г., в состав Верхне-Сванетского района Грузии была включена часть Эльбрусского и Нагорного районов.

Постановлениями правительства СССР от 24 мая 1945 года и от 21 июня 1946 года Грузия получила в бесплатное пользование свыше 100 тысяч гектаров так называемых «Черных земель» упраздненных Калмыкии и Астраханской области.

Как видим, к соседней республике отходили земельные угодья всех четырех упраздненных южных автономных образований.

Разумеется, нынешнее Грузинское государство и грузинский народ не несут и не могут нести ответственности за действия отдельно взятых двух людей, ставших олицетворением ужаса и тирании в истории всей страны.

Рассматривая проблему мотивации, было бы неверным упустить из поля зрения и тот факт, что в акте депортации были заинтересованы и некоторые из представителей региональных элит. Так, партийный руководитель Ставрополья (куда входила KAO) Михаил Суслов, несший личную ответственность за провал партизанского движения на территории края, в т. ч. и в Карачаевской АО, мог списать свою несостоятельность на местное население. Аналогичные случаи известны и по некоторым другим автономиям.

Таким образом, в вопросе о депортации имело место встречное движение как «сверху», так и «снизу», от несостоятельных политических лидеров ряда южных регионов.

Вполне объясним и временной фактор, который был обусловлен тремя обстоятельствами.

Первое. Страны Запада, возложившие на СССР основное бремя борьбы с нацизмом, всячески затягивая открытие Второго фронта, порой закрывали глаза на чудовищные преступления сталинского режима против целых народов.

Второе. Военная обстановка давала властям возможность путем массовых фальсификаций обвинить в «неблагонадежности» десятки и сотни тысяч сограждан.

Третье. Условия войны позволяли режиму не только упрощать процедуры юридического характера (расследование, судебное разбирательство и т.п.), но и вовсе пренебрегать ими. Не случайно депортация чеченцев, ингушей, балкарцев произошла еще до издания самих указов об их выселении и ликвидации их автономий. Иными словами, выселение было абсолютно незаконным даже с точки зрения самих сталинских законов, не говоря уже о сталинской Конституции. Об этом знают многие, но, как говорится, от повторения истина не устаревает.

За постсоветское двадцатилетие подробно освещены, казалось бы, все крупные и даже основная масса эпизодических тем, касающихся подлинных причин, обстоятельств и последствий событий, происходивших в тот трагический период.

Тем не менее, остаются вопросы, которые сохраняют свою особую значимость не только в сугубо научном, но и в общественных аспектах. К числу таковых я бы отнес проблему комплексного освещения темы эволюции взаимоотношений государства как системы органов власти и репрессированных народов.

Данный рассматриваемый процесс мы можем определить как четыре основных этапа, качественно различающихся в содержательном плане. Хочу проиллюстрировать данное положение на примере карачаевского народа, впрочем, это касается и всех других репрессированных народов.

Первый этап охватывает период с момента депортации народа и до 1956 года. Характерные черты его — использование граждан своего государства на совершенно новой основе. Если со времен Гражданской войны массовые репрессии производились по социальному, идеологическому и политическому признакам, что оправдывалось тезисом о «классовой борьбе», то в эту пору возникает и получает распространение практика репрессий по этническому признаку.

«Спецпоселенцы» (так называли депортированное население) лишались многих гражданских прав, официально декларированных Конституцией СССР.

Так, право на свободное передвижение было строго ограничено комендантским режимом, который запрещал переезжать из одного населенного пункта в другой или же навещать родственников без специальных пропусков.

Спецпоселенцы лишались права быть избранными в Советы депутатов всех уровней, занимать ответственные государственные должности. Запрещалось поступать в столичные высшие и среднеспециальные учебные заведения. Целенаправленно уничтожалась культура депортированных народов, обрекался на угасание их язык, искоренялись основы их исторического сознания, более того — их лишали права на родину. «Изъятые» территории их традиционного проживания объявлялись историческим достоянием соседних народов. Например, в 1952 году в одном из академических изданий сообщалось, что территория упраздненной Карачаевской автономной области, оказывается, «находилась в прошлом в этническо-географических границах Грузии». Из книг изымалось само упоминание о том, что в стране вообще существуют такие народы.

26 ноября 1948 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об уголовной ответственности за побеги из мест обязательного и постоянного поселения лиц, выселенных в отдаленные районы Советского Союза в период Отечественной войны». Этот документ прямо определил, что «переселение в отдаленные районы Советского Союза чеченцев, карачаевцев, ингушей, балкарцев, калмыков, немцев, крымских татар и других произведено навечно, без права возврата их к прежним местам жительства».

Данная политика этнической сегрегации одновременно сопрягалась с практикой умышленного расселения депортируемых народов на обширном пространстве Центральной Азии. Например, карачаевцев расселили небольшими группами более чем в 480 населенных пунктах на огромной территории, входившей в состав разных союзных республик. Очевидная цель сталинского режима здесь — ассимиляция депортированных народов, т.е. уничтожение как этносов. Ближайший аналог этому преступлению — действия нацистского режима Германии в те же самые годы.

Тем самым, сталинско-бериевская депортация подпадает под «Конвенцию о предупреждении преступлений геноцида и наказания за него». Кстати, она была принята в том самом 1948 году, когда был издан упомянутый указ о вечном сроке изгнания депортированных народов страны. Согласно статье 2-й данной Конвенции, под геноцидом понимаются действия, совершаемые «с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу, как таковую».

Именно данное обстоятельство обусловило то, что при жизни Сталина Советский Союз не присоединялся к этой Конвенции. Лишь после смерти диктатора Конвенция по геноциду была ратифицирована постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 18 марта 1954 г.

Факт ратификации Конвенции позволяет юридически любую публикацию или выступление, оправдывающее депортацию (а такие публикации в современной России не редкость), считать пропагандой геноцида и приравнять к оправданию нацизма.

Таким образом, первый этап однозначно характеризует сталинское государство как сторону, совершившую преступление против человечества, а депортированные народы — как сторону, пострадавшую от него. Здесь уместно сразу же оговориться: ответственность за эти деяния целиком и полностью лежит на правившем режиме той страны, которой уже нет на карте мира.

Второй этап совпадает по времени с известным в отечественной истории периодом хрущевской «оттепели» конца 1950-х - начала 1960-х годов.

Самые яркие эпизоды данного времени:

— привлечение к ответственности наиболее одиозной части организаторов актов депортации народов;

— отмена большинства актов по депортации;
— возвращение основной части репрессированных народов на историческую родину;

— восстановление большинства ликвидированных при сталинизме национально-территориальных автономий.

Тем не менее, следует подчеркнуть, что при Н.С.Хрущеве процесс реабилитации все же остался незавершенным.

Например, наряду с другими негласными запретами, для карачаевцев были жестко ограничены возможности поселения в городе Кисловодске, центре Малокарачаевского района, а сотни семей, депортированных оттуда в 1943 году, так никогда и не попали в свои дома, не вернули своей недвижимости. Для заселения вернувшихся людей рядом с курортным городом выделили местность, где и возник поселок Мирный в Ставропольском крае.

Кроме того, средства, выделенные правительством РСФСР в 1957-1958 годах возвращавшимся карачаевцам, использовались не по назначению. Так, три района, где проживало почти 70% карачаевцев, получили лишь 31 процент этих средств (Р. Тебуев, «Народ свободный, храбрый, трудолюбивый», стр.137).

Таким образом, не была проведена в полном объеме экономическая, в том числе и имущественная, реабилитация. То же самое можно сказать и про культурную реабилитацию.
В особенности острота проблемы незавершенной реабилитации дала о себе знать на следующем этапе, когда на уровне тогдашнего государственного руководства возобладали реакционные установки в сфере национальной политики.

Третий этап приходится на период с 1960-х до конца 1980-х годов. Он характеризуется элементами идеологии неосталинизма, сопряженной с провозглашенным еще при Сталине курсом на формирование «единой общности — советский народ», а также рецидивами межэтнических коллизий на Кавказе как последствий сталинской национальной политики.

Конкретно для карачаевцев той поры имел особо негативное значение сам факт того, что один из виновников и участников их выселения, Михаил Суслов, оставался в высшем руководстве страны вплоть до своей кончины в 1982 году. Он прилагал все усилия к тому, чтобы не допустить разоблачений его роли в преступлениях сталинского режима, и инициировал непрекращающееся моральное давление на национальную элиту карачаевского народа. Как правило, делалось это руками областного и краевого партийных руководителей.

Когда в начале 1960-х годов группа должностных лиц, включая офицеров-фронтовиков M. Акбаева, С. Токаева, О. Чагарова и других, подняла вопрос о полной реабилитации карачаевского народа, то все они практически в одночасье решением обкома КПСС были лишены занимаемых должностей.

По признанию бывшего прокурора Карачаево-Черкесской автономной области А. В. Бутурлина, при назначении его на эту должность он получил прямую установку от первого секретаря обкома КПСС на необходимость «наиболее внимательного отношения к делам при совершении преступлений карачаевцами». В итоге бытовым уголовным правонарушениям с участием карачаевцев придавалась особая национальная окраска, «уличающая» народ в неблагонадежности.

Получалось, что на территории своей же автономии карачаевцы оставались в положении наиболее дискриминированного народа. В структурах Карачаево-Черкесского обкома КПСС, общая численность которых составляла 150 работников, представителей коренного народа — карачаевцев насчитывалось меньше десятка. В «родном» Ставропольском крайкоме партии коммунистов-карачаевцев допускали лишь к низовой должности инструктора какого-либо отдела. Для сравнения: в соседнем Краснодарском крае представитель коренного народа Адыгейской автономной области, входившей в состав этого края, неизменно занимал пост секретаря крайкома КПСС.

Составлявшие тогда треть населения КЧАО карачаевцы были представлены в руководстве облисполкома, его отделов, управлений и ведомств лишь 20 процентами, а еще меньше их было среди специалистов этих отделов и управлений.

Аналогичная кадровая политика проводилась и в руководящей прослойке правоохранительных органов Карачаево-Черкесии.

Ограничивался доступ депортированных народов в такие элитарные вузы, как МГИМО и даже в ряды столь престижных тогда Пограничных войск КГБ СССР.

На этом фоне проходили печально известные пленумы обкома КПСС, где звучали выступления, прямым образом посягавшие на честь и достоинство карачаевского народа. Шельмовались и те честные коммунисты, которые требовали объективного отношения к своему народу (как, например, ветеран войны и труда A.M. Кубанов, который был исключен из партии и стал впоследствии одним из лидеров национального движения).

Уже неоднократно отмечалось, что карачаевцы ущемлялись в правах при представлении к государственным наградам, почетным званиям. После антикарачаевского, по своей сути, пленума обкома КПСС 1974 года и вплоть до развала СССР ни один из карачаевцев так и не был удостоен звания Героя Социалистического Труда. А ведь общеизвестно, каких высоких показателей добивались тогда замечательные труженики-аграрии X. Кубанова, X. Гочияев, М. Биджиев и другие. Напомним, что представителям карачаевского народа это звание трижды присваивалось даже в местах депортации в период правления Сталина, т.е. «сусловщина» в определенном смысле вела к еще большему нагнетанию атмосферы моральной дискриминации, которую карачаевский народ уже однажды переживал.
Из 624 лиц в КЧАО, удостоенных орденов и медалей за 11 пятилетку, карачаевцев было лишь 19 процентов — и это при том, что в области они составляли 32 процента населения.

Подсчитано, что только с 1974 по 1981 гг. на страницах главного областного официоза — газеты «Ленинское знамя» — было опубликовано свыше 110 материалов, так или иначе порочащих честь и достоинство карачаевского народа.

В апреле 1981 года было принято постановление ЦК КПСС «О серьезных недостатках в постановке организационной, идейно-воспитательной работы, соблюдении правопорядка в Карачаево-Черкесской автономной области». В рамках реализации установок данного решения в том же году проводился 3-й пленум обкома партии, продолживший череду антикарачаевских акций. Тогда же получили распространение слухи о возможности новой депортации карачаевского народа.

Как следствие этих манипуляций, в 1982 году Карачаево-Черкесия так и не получила ожидаемой награды в связи с 60-летием ее автономии (напомним, что она ранее получила два ордена, связанных с круглыми юбилеями). Иначе говоря, пострадал весь многонациональный народ Карачаево-Черкесии, проживающий в области и внесший большой вклад в развитие Юга России и страны в целом.

Проводилась политика, открыто направленная на уничтожение этнической культуры целого народа, вдохновляемая «главным идеологом» тогдашнего режима. В отличие от довоенной поры, не допускалось ведение уроков естественно-научных и гуманитарных предметов на родном языке, бытовал негласный запрет на изучение истории коренных народов в местных школах и вузах, изымалось даже упоминание о достижениях вековой животноводческой селекции,таких, как, например, карачаевская порода лошадей, карачаевская порода овец и т. д. Областное издательство потеряло самостоятельный статус и превратилось в отделение краевого издательства.

В этот период была утверждена и новая трактовка региональной истории. Возвращение карачаевцев из мест депортации объявлялось не преодолением преступления диктатуры, а «гуманным шагом со стороны Коммунистической партии и Советского государства». По заказу крайкома и обкома КПСС издавались и переиздавались книги типа «Именем ВЧК», публиковались статьи, общая направленность которых имела задачей фактически оправдать депортацию целого народа из-за его политической неблагонадежности.

Власти чинили препятствия развитию личного хозяйства и традиционных народных промыслов. Характерный пример — принятое по настоянию краевых властей решение облисполкома от 29 апреля 1981 г. за №266 «О запрещении вывоза и ввоза в область скота, продукции животноводства и растениеводства всеми видами транспорта и почтовыми отправлениями». Это решение, однозначно дискриминационное в отношении карачаевского народа, было признано утратившим силу лишь в годы «перестройки».

Такая политика государства того периода стала главным препятствием развития карачаевского народа, пережившего тяжкое бремя депортации. Правительственная комиссия России в 1991 году официально признала, что из всех районов Карачаево-Черкесии «наибольшее отставание» в развитии имели Карачаевский, Усть-Джегутинский и Малокарачаевский районы, т. е. районы компактного проживания карачаевского народа.

Естественно, столь долголетняя политика дискриминации практически во всех сферах жизни не могла не дать ответной реакции «снизу» при первой же либерализации советского режима.

Четвертый этап начался в годы горбачевской «перестройки» и охватывает период становления новой российской государственности, т. е. приходится и на настоящий период.

На этом этапе важнейшей вехой стало принятие федерального Закона «О реабилитации репрессированных народов» от 26 апреля 1991 года. Рассмотрим реализацию основных положений этого закона, а также подзаконных актов, направленных на его реализацию.

Приходится констатировать, что до сих пор не действуют некоторые положения самого закона. Так, практически не принято мер по пресечению публикаций и иных форм публичного воздействия, препятствующих полной реабилитации репрессированных народов.

Статья 4-я вышеуказанного закона прямо предусматривает, что «не допускается агитация или пропаганда, проводимые с целью воспрепятствования реабилитации репрессированных народов. Лица, совершающие подобные действия, а равно подстрекающие к ним, привлекаются к ответственности в установленном законом порядке».

А мы все знаем, что по сей день выходят в свет публикации и целые диссертации, которые оправдывают бесчеловечные преступления сталинского режима, включая и выселение целых народов. Нам не известен ни один факт привлечения властями к ответственности хотя бы одного автора оскорбительных, явно противозаконных высказываний или выступлений.

Горький осадок от апатии государственных органов, в первую очередь надзорных, никак не может служить основой полного доверия к власти со стороны представителей репрессированных народов. Лишь последовательное, поступательное выполнение государством взятых им же на себя обязательств может изменить ситуацию в плане его взаимоотношений с согражданами.

Хочется напомнить, что в целях исполнения статьи 4 указанного закона Народное Собрание (Парламент) Карачаево-Черкесской Республики готовит законопроект, инициирующий внесение изменений в УК РФ, предусматривающий уголовное наказание за попытки оправдать или отрицать факты незаконной депортации целых народов. К слову сказать, в большинстве европейских стран предусмотрена уголовная ответственность за отрицание либо оправдание холокоста, учиненного нацистским режимом.

Не выполнена статья 10-я, предусматривающая социальную реабилитацию. А она гласит, что гражданам, подвергшимся репрессиям, время их пребывания в местах ссылки засчитывается в стаж в тройном размере, что означало бы «увеличение размера пенсий по возрасту за каждый год работы».

Не осуществлена культурная реабилитация, которая, согласно статье 11-й, предусматривает осуществление государством «комплекса мероприятий по восстановлению их духовного наследия и удовлетворению культурных потребностей». Так и остаются не восстановленными ни музей в Карачаевске, ни государственный карачаевский национальный ансамбль песни и танца. По-прежнему не возвращены в регион вывезенные после ноября 1943 года архивные материалы и исторические памятники. Остаются без средств к реставрации объекты средневековой архитектуры в Карт-Джурте, Хурзуке, Кызыл-Кала, Дуутском, Тебердинском, Зеленчукском ущельях и других местах.

Обратимся к постановлению Правительства РФ «О мерах по реабилитации карачаевского народа и социально-экономической поддержке Карачаево-Черкесской республики» от 30 октября 1993 г. Отдельные пункты этого важного для целого народа постановления так и остались невыполненными, например, следующие.

Пункт 2 этого решения поручал Минэкономики и Минфину России совместно с Совмином КЧР на 1994 и последующие годы предусматривать дополнительно выделение государственных централизованных капитальных вложений «для строительства объектов социальной и производственной инфраструктуры в местах компактного проживания карачаевцев» в КЧР.

4-й пункт предписывал РАО «Газпром» обеспечить в 1994-1996 годах «строительство и ввод в эксплуатацию газопроводов — отводов к аулам Верхняя Мара и Учкулан».

Пункт 5 поручал Минэкономики и Госкомстрою РФ оказать помощь Совмину КЧР в деле «изыскания необходимых финансовых средств» для создания на территории республики в 1994-2000 годах «мощностей по добыче природного камня, производству санитарно-фаянсовых изделий, фаянсовой посуды и стеновых материалов».

Остался на бумаге и пункт 7, связанный с оказанием Совмину КЧР «необходимой помощи в возрождении традиционных национальных промыслов карачаевского народа».

Комитет по туризму РФ так и не оказал содействия Совмину КЧР в деле «использования горных районов республики для развития туризма, горнолыжного спорта и альпинизма», как это предусматривалось пунктом 9.

Справедливости ради нужно сказать, что руководство страны и лично Президент России Владимир Владимирович Путин непосредственно занимается развитием туризма, горнолыжного спорта и альпинизма в горных районах республики. В подтверждение сказанному — уже в текущем году горнолыжный курорт Архыз примет первых любителей горного отдыха.

Кстати, важнейшим условием такого развития служит наличие современных путей сообщения. А между тем Карачаево-Черкесия остается единственной республикой Юга России, где нет воздушного сообщения и практически отсутствует прямое пассажирское железнодорожное сообщение со столицей страны и с другими регионами.

Перейдем к Указу Президента России от 30 мая 1994 г. «О мерах по реабилитации карачаевского народа и государственной поддержке его возрождения и развития».

Согласно пункту 2, федеральному правительству поручалось «совместно с органами государственной власти Карачаево-Черкесской Республики содействовать возрождению духовного и культурного наследия карачаевского народа, организации и развитию традиционных промыслов».

В период действия указа за счет федеральной поддержки не было создано ни одного объекта, связанного с духовным наследием, а также не принято мер по возрождению и развитию традиционных промыслов карачаевского народа.

Тот же пункт указа предписывал Правительству РФ «оказывать практическую помощь» органам власти КЧР «в расселении, выделении земельных участков и обустройстве лиц карачаевской национальности, подвергшихся переселению и возвращающихся в индивидуальном порядке в места прежнего проживания». Не выполнено.

В этом же пункте правительству страны поручалось «по согласованию с правительствами Республики Казахстан, Кыргызской Республики и Республики Узбекистан определить до 1 июля 1994 г. меры по возвращению в индивидуальном порядке лиц карачаевской национальности из мест депортации в места прежнего проживания в Российской Федерации и их обустройству». Кроме того, указывалось «определить источники финансирования указанных мероприятий». Тоже не выполнено.

Также не выполнен пункт 4, который рекомендовал Центральному банку Российской Федерации совместно с органами государственной власти КЧР «рассмотреть вопрос о выделении в 1994-2000 годах льготных кредитов республике на индивидуальное жилищное строительство для лиц карачаевской национальности, подвергшихся незаконному переселению, членов их семей, включая детей, родившихся в местах «спецпоселений». Очевидно, недостатки в исполнении аналогичных актов имеют место и в отношении других репрессированных народов, представители которых смогут рассказать об этом более подробно.

По всем вышеперечисленным вопросам обнадеживает и заслуживает положительной оценки принципиальная позиция руководства новой России. Не имея, по сути, прямой исторической преемственности по отношению к советским режимам, тем более к сталинскому, оно добровольно и дальновидно взяло на себя миссию восстановления того, что было разрушено за полвека до появления современного Российского государства.

Безусловно, определенная работа по реабилитации проводилась и проводится и в самой Карачаево-Черкесии, где:

— осуществлены некоторые компенсационные выплаты;

— предоставлены льготы лицам, пережившим депортацию;

— создан общенациональный мемориал жертвам выселения;

— выявлялись масштабы ущерба, который народ понес в экономическом плане.

Здесь следует выразить благодарность всем тем, кто добросовестно выполнял свой долг в рамках реабилитационных комиссий, органах социальной защиты и т.д.

В то же время нам представляется преждевременным прекращение деятельности республиканской комиссии по реабилитации репрессированных народов. Она должна быть восстановлена и полноценно действовать вплоть до того дня, когда ее функции на деле будут всеми признаны действительно исчерпанными.
Процесс реабилитации — серьезный вопрос, который затрагивает не только судьбы, но и честь, достоинство целых народов уже не в первом поколении, поэтому здесь полумерами не обойтись: если есть постановления правительства, то их нужно выполнять на всех уровнях и в полной мере и не думать, что проблема решится сама по себе — слишком много было невинных жертв.

Как видим, тема депортации народов нашей страны отнюдь не является предметом сугубо научным, точнее — теоретической сферы. Она актуальна в силу нерешенности проблемы на уровне реализации государственной национальной политики и правоприменительной практики.

Данное обстоятельство в определенной степени затрагивает и некоторые другие депортированные народы, и, конечно, может за собой повлечь новые коллизии в сфере отношений государства и ряда этнических общностей Юга России, что нежелательно.

Эти и другие вопросы волнуют национальные движения Юга России, одно из которых Карачаево-Черкесская региональная организация «Къарачай Алан Халкъ». Излишне напоминать, что национальные движения являют собой одну из важных форм гражданского общества, построением которого занята Россия все двадцать с лишним постсоветских лет.

Именно в силу отмеченных причин, все вышепоставленные вопросы должны быть в поле особого внимания органов государственной власти как регионов, так и федерального центра.

Хочется надеяться, что парламент страны, профильные ведомства исполнительной власти России, авторитетные правозащитные организации, все мы общими усилиями сможем достойно закрыть эту тяжелую страницу отечественной истории.

Что касается темы национальных меньшинств, перед нашей национальной организацией в последнее время часто поднимается вопрос о судьбе карачаевской общины в Сирии, где данная община является одной из национальных меньшинств. Всецело разделяя позицию руководства Российской Федерации по вопросу о сирийском кризисе, думаю, что в отношении наших соотечественников в Сирии может быть применим отечественный опыт репатриации конца 1950-х гг. по возвращению на родину представителей депортированных народов. Таким образом, наш опыт может обрести и международный формат.

Нужно отметить и международный аспект проблемы репрессированных народов. Как известно, различные формы репрессий по этническому признаку имели место в Европе и сопредельных регионах не только в 1940-1950-годы, но и в период с конца 1980-х гг. по начало нынешнего века включительно. Конфликты в Югославии и на Южном Кавказе показали печальные примеры этнических чисток, т.е. тех же насильственных депортаций, дискриминации по этническому признаку. К ним, как и у нас 70 лет назад, напрямую оказались причастны те или иные государственные структуры, высшие политические и военные чины ряда стран. Многие из них оказались на скамье подсудимых Международного трибунала, однако процесс реабилитации не ограничивается привлечением виновных к ответственности. Пример реабилитационного законотворчества постсоветской России показывает правовые формы и методы комплексного преодоления таких тяжелых эксцессов. Поэтому этот опыт имеет все основания войти в арсенал соответствующих отраслей международного права.

Несмотря на реабилитацию карачаевского народа, многие проблемы, связанные с восстановлением имущественных, культурных прав, остались еще неразрешенными. Продолжают иметь место высказывания некоторых политических и общественных лидеров, оправдывающих депортацию народов.Так, в результате депортации карачаевского народа навсегда исчезли с географической карты Российской Федерации и Карачаево-Черкесии древние карачаевские аулы (селения) Дуут, Джазлыкъ, Кызыл Карачай, Схауат, Джаганас, где в общей сложности более 700 лет проживало около 10 тысяч человек. Это те населенные пункты, которые являлись колыбелью Карачая.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

В память о жертвах депортации карачаевского народа Карачаево-Черкесской региональной общественной организацией «Къарачай Алан Халкъ» проведен ряд мероприятий: установлены памятники жертвам депортации и политических репрессий в аулах, селах и городах Карачаево-Черкесской Республики, проведены конкурсы среди учащейся молодежи по восьми номинациям. Была организована выставка лучших работ художников Юга России. По всем номинациям были подведены итоги и победители награждены Почетными грамотами и денежными премиями. На ГТРК «Карачаево-Черкесия» был организован показ документальных фильмов о депортации. Также были созданы новые документальные фильмы, такие как «Рожденный в Карачае. Незримый подвиг».

Подводя итоги, хочется сказать: храня верность родной земле, стойкость и трудолюбие, карачаевский народ не отчаялся, выжил в нелегких условиях депортации и шаг за шагом из года в год, благодаря конструктивной национальной политике руководства страны, восстанавливает утраченную веру в лучшее будущее и с уверенностью смотрит в завтрашний день, занимая достойное положение среди других народов Великой России.

       Где победа — прочь все беды!

Сила воли — вызов доле.

Не сломался, продержался,

Возвратился, возродился!

А. Чотчаева, «Депортация»

Сулейман Боташев

Сотрудничество

Международный журнал культурной и деловой жизни "Золотая площадь" пргиглашает к сотрудничеству компании и частных лиц. Вы можете размещать рекламу на страницах печатного издания и в электронной версии журнала в виде рекламных материалов, баннеров, видеороликов, по лучшим ценам и на лучших условиях.

Читать...

О нас

«Золотая площадь». Международный журнал культурной и деловой жизни.
The Golden Plaza. International Magazine of Culture and Business.
Свидетельство о регистрации средств массовой информации:
Москва, Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), Эл № ФС77-49585 от 24 апреля 2012 г.
Учредитель: Индивидуальный предприниматель Эркенов Рашид Адамович.
Главный редактор журнала «Золотая площадь» Аппаев Билял Добаевич.
Издатель: индивидуальный предприниматель Эркенов Рашид Адамович. Адрес издателя: 369380, КЧР, Малокарачаевский район, с. Учкекен, ул. Ленина, 89а.

Контакты

filePxZu

Адрес редакции:
Россия, 369380, КЧР
Малокарачаевский район
с. Учкекен, ул. Ленина, 89а.
email: info@goldenplazamagazine.ru
Тел. 8 87877 2-55 37